Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:36 

What time is it? - It's Spacetime!
Продолжение банкета, в котором есть все, кроме обещанной мрачности.

Человек не может долго бояться. Если тебе стало страшно, ты совершишь пару глупостей, и они приведут либо к смерти, после которой никакой страх уже не сможет достать, либо к равнодушию. Примерно так охарактеризовала Кайли полное отсутствие ночных кошмаров на третье утро после появления странных фотографий.
Ей не снился город. Ей не снилась девушка с волосами цвета осени. Ей не снилась даже чернявая незнакомка.
Тем не менее, фотографии существовали, на них явственно было видно лицо убитой и отпечатки пальцев, которые сама Кайли и оставила. Коричневые отпечатки засохшей кровью. Тогда она натянула перчатки и бросилась домой, ее всю дорогу тошнило, руки, подставленные под струю горячей воды, дрожали, а на глаза непроизвольно наворачивались слезы. Смыть кровь с карточек Кайли не смогла. Тогда ей казалось, это – доказательство того, что она еще не сошла с ума. Теперь – обратное.
За окном набирал силу уже не первый снег, будильник устало выводил четвертую руладу, и кто-то уже кричал, чтобы она его выключила. Вот так. Кажется, что беспокойства нет, но она уже который день живет, словно во сне. Как будто жизнь – это сон, а реальность – нечто совсем другое. И этим другим были фотографии. Девушка с волосами цвета осени. Незнакомка в голубой блузке.
На следующий день после встречи Кайли все не могла понять, как могла отпустить ее. Потом – искала. Искала, но не нашла. Эта неудача тревожила все сильнее, но как узнать, кем была бледная девочка, если ты и свой поток еле помнишь, не говоря уже о других факультетах. Правда, так поздно в университете могли находиться либо ее сокурсники, либо заочники. Пары остальных заканчивались намного раньше и придумать, что забыла в универе молодая студентка вечером, Кайли не могла. Впрочем, придумать, что она станет делать, если эту девушку найдет, было еще сложнее.
- Ты уже встала? Выключи телефон!
Мама выглядела скорее усталой, чем сердитой, и, не дожидаясь, пока дочь выползет из-под пухового одеяла, сама заставила будильник умолкнуть. Кайли подавила желание перевернуться на другой бок и доспать все то, что не доспала из-за кошмаров за последние лет двадцать. Идти в университет на вторую смену – чистейшей воды измывательство, и даже любовь Кайли к сну не могла опровергнуть сию истину. Поминая недобрым словом ректора, декана и вообще весь несправедливый мир, она выползла на холод, ежась, натянула холодную одежду и побросала в сумку учебники. Примирить с жизнью могла только огромная чашка кофе, которую девушка все равно никогда не допивала, и музыка в плеере, который, в отличие от фотографий пришлось вытирать от следов крови. Воспоминания об этом застряли комком в горле, и Кайли поспешно запила его кофе, сглотнула, борясь с отчаянным желанием выплюнуть. И напиток, и неожиданно проснувшееся беспокойство.
Карточки лежали в своем конверте, знакомые до тошноты и даже немного приевшиеся. Ей надоело рассматривать их каждый час. Надоело бояться. Ей вообще все надоело.
Кайли бросила фотографии к учебникам и, отхлебнув напоследок еще кофе, принялась надевать курточку. Поздняя осень – капризная дама, порой недостаточно холодная для зимней одежды, временами – слишком морозная для чего-то другого. Было зябко и слегка противно, нормальный снег еще и не думал покрывать асфальт, а сыплющаяся с неба белая крупа неожиданно превратилась в самую банальную воду. Назвать эту мокрую погань дождем можно было с большой натяжкой, но Кайли, порывшись в глубинах памяти, ни одного приличного слова для погоды найти не смогла, и потому остановилась на дожде. На душе стало еще противнее, не помог даже вовремя пришедший транспорт. Дойдя до родного универа, девушка бухнулась на стул и, уронив голову на парту, закрылась руками.
- Привет.
Какой, оказывается, у Флориана голос взрослый, даже приятный.
- Угу.
- «Угу» - не самая приличная реакция, когда с тобой здороваются.
- Я так показываю, что тебя услышала. – Кайли подозрительно взглянула на парня, проверяя, тот ли это Флориан, который никогда ее не упрекал и не поучал.
- А ответить?
- Это и был ответ.
Она попыталась вложить в эту фразу все, что чувствовала, но тут одной фразы явно было недостаточно, да и само словосочетание «чувства к Флориану» повергало мозг Кайли в ступор. Как если бы кто-то спросил ее, что она чувствует к телефону. Хотя нет, телефон то был хозяйкой очень даже любим.
Флориан вздохнул и отвернулся. У него были все причины обижаться, и Кайли даже начала задумываться об извинениях в какой-нибудь завуалированной форме, когда начали собираться остальные. Игорь недовольно бахнул об стол сумкой и бросил.
- У нас замена.
- Замена – это плохо? – на всякий случай уточнила Кайли.
- Такая замена – плохо.
- Какая?
Некоторых людей, когда они злятся, успокаивает болтовня, другие от этого бесятся еще сильнее. Вторых девушка встречала не в пример больше, но возможность разозлить Игоря и желание удовлетворить собственное любопытство не являлись равноценными, как ни посмотри.
- Сергей Владимирович, помнишь такого?
Такого, пожалуй, забудешь. Скупые жесты, каменная физиономия, равнодушный голос. Прекрасное, просто прекрасное образование, глубокие познания, совершенное владение предметом. Полное отсутствие сочувствия или иных человеческих черт. Машина.
- Помню.
Кайли не стала вдаваться в подробности, что лично ей преподаватель был глубоко симпатичен. Тем более, эта симпатия испарилась в тот же миг, когда девушка осознала, что сейчас ей придется столкнуться с машиной не на лекции, а на самой что ни есть практике.
- Я думал, ты обрадуешься.
А Флориан и иронизировать умеет, и когда только научился. Кайли хотела было огрызнуться, но парень уже отвернулся, демонстрируя полное равнодушие к ее персоне. А вот это зря, сказал, так отвечай за свои слова, потому что иначе найдется кто-то, желающий от тебя этот ответ получить самым неприятным образом. Как вот Кайли, которую хлебом не корми, дай отстоять истину и справедливость.

Девушка с волосами цвета осени звонко рассмеялась и помахала рукой. Приветственно. Как давней знакомой.

Кайли подавилась гневной отповедью, рука непроизвольно метнулась к сумке, где лежали забытые на время фотографии. Хотя какой там забытые, такое не забудешь, разве что вытеснишь из сознания, пытаясь не сойти с ума. Как всегда бывало во время приступов паники, девушка на мгновение забыла, как дышать. Мелькнула глупая мысль, что она попросту не умеет, не знает, как выдохнуть, но потом организм пришел на помощь бьющемуся в паутине сознанию и сделал все сам. Кайли вытолкнула из себя воздух, выплюнула липкий ужас, и картинка перед глазами приобрела осмысленность. Сергей Владимирович терпеливо дождался, пока все встанут, и приветствовал их, спокойно, уверенно и равнодушно. Как и все, что он делал.

- Это было ужасно, – Алена горела желанием кому-то пожаловаться, и не ее вина, что рядом оказалась только Кайли.
- Да, ужасно, – эхом отозвалась девушка.
Думала она о своем. Точнее, о своей. Старая знакомая, которая не пойми как успела оказаться именно знакомой, и именно старой, снова появилась, чтобы сначала смеяться, а потом серьезно и пристально смотреть на Сергея Владимировича. Странно, раньше Кайли не замечала, чтобы девушка с волосами цвета осени вообще обращала взор на кого-то, кроме нее, но сегодня она была уверенна, что та хочет указать на преподавателя. Но зачем именно на него? Лучше бы она указала, где находится чернявая незнакомка!
- Ты меня слушаешь? – Алена будто бы даже сердилась.
- Да.
- А мне кажется, нет.
- Нет, конечно же нет! Она никого не слушает уже давно, – у Анюты была поразительная способность замечать то, что замечать не следовало. И такая же поразительная наглость.
- Я слушаю, – у Кайли наглость тоже имелась, по крайней мере, ее хватило, чтобы обидеться. Или хотя бы сделать вид.
Девушки, впрочем, ее оправдаем не интересовались, занятые одеждой. Анюта раздала отвоеванные в гардеробе курточки и помчалась прихорашиваться к зеркалу, Алена, одарив всех неприязненным взглядом, достала телефон и принялась жаловаться кому-то еще. Ее можно было понять – Машина был не столько строг, сколько противно равнодушен, а женщины любое равнодушие воспринимают как личное оскорбление. Кайли бы тоже была оскорблена, если бы не девушка с волосами цвета осени. Если бы не ее настойчивое внимание к особе преподавателя.
Если это галлюцинация, то пусть изволит принадлежать породившей ее, а если нет… Что будет в случае «если нет», Кайли не знала, хотя именно этот вариант и казался ей правдоподобным. В конце концов, тогда пришлось бы признать, что и фотографии – тоже галлюцинация. И черноволосая незнакомка, которая, вопреки всем правилам приличных галлюцинаций, стояла неподалеку и непринужденно разговаривала с человеком из плоти и крови. С Флорианом.
Кайли подозрительно сощурилась, удостоверяясь, что перед ней реальность, а не сон, и девушка выбрала именно этот момент, чтобы повернуться и посмотреть на нее. Очень пристально посмотреть. Будто рядом с ней стояла знакомая галлюцинация и показывала на Кайли тонким пальчиком.
- Это не призрак, это моя одногруппница, – «корректно» представил ее Флориан.
- Лира.
Сегодня блузка на ней была не голубая, а бледно-желтая, цвета лимонного пирожного, и ее тонкой полоской перечеркивал черный галстук. Галстук очень подходил к брюкам, а серьги-солнышки ни к чему толком не подходили, но были такими веселыми, что Кайли на мгновение захотелось их съесть.
После такого внимательного осмотра было бы невежливо не подойти поближе, и она подошла, представилась и даже спросила, откуда Лира знает Флориана.
- А мы не знакомы, – тут же обрадовала девушка. – Так ты Флориан? Какое интересное имя. Я просто спросила, или он не Алексея Ивановича ждет, я у него курсовой пишу, а потом мы разговорились. Вашему факультету, я так вижу, есть что сказать о Чебцовом.
Им было что сказать, тем более Кайли, которую Чебцов заставил писать контрольную на кафедре один на один со своей ценной персоной, но вспоминать препода можно было либо долго и нудно, либо никак.
- Так вспоминай долго, - пожала плечами девушка. И тут же добавила. – Я тебя куда-нибудь проведу, а ты вспоминай, ладно?
Настойчивость, граничащая с навязчивостью, Кайли не нравилась, но Лира выглядела взволнованной, а сама она мучительно соображала, как бы так выпытать у новой знакомой, не позировала ли та для фотографий сомнительной художественной ценности, и пришлось согласиться. Флориан, конечно же, останется доволен, что лишняя порция общения с внешним миром достанется не ему, а Кайли, ну и пусть радуется.
Девушка шагала к станции метро, детально и язвительно расписывая препода, и то и дело косилась на серьги-солнышки. Лира пытливо всматривалась в лицо собеседницы, едва заметно склонив набок голову, из-за чего то и дело спотыкалась, и в свете уличных фонарей дождевые капли на ее волосах и курточке казались кровью.

Девушка с волосами цвета осени выпрямилась, отбросив с лица скрывающую его почти полностью челку. Ее губы улыбались. Губы – вот и все, что у нее было.

@темы: Kaili, Underside

Комментарии
2009-11-23 в 01:12 

I mean I’m basically single. Or maybe just an asshole. Either way.
Теперь – обратное
Что обратное??? Из текста не понятно.

И откуда взялась кровь на фотографиях? Я только недавно читала предидущую часть и там о крови на руках ничего не говорилось.

Кажется, что беспокойства нет, но она уже который день живет словно во сне.
Зпт не надо пред "словно во сне"?

Пары остальных заканчивались намного раньше и придумать, что забыла в универе молодая студентка вечером, Кайли не могла. Впрочем, придумать, что она станет делать, если эту девушку найдет, было еще сложнее. Придумать и придумать повторяется специально?

Примирить с жизнью могла только огромная чашка кофе, которую девушка все равно никогда не допивала, и музыка в плеере, который, в отличие от фотографий пришлось вытирать от следов крови.
А фотографии не пришлось? Попытка была точно.

Воспоминания об этом заставили застряли комком в горле
Это что такое?

Кайли бросила фотографии к учебникам и, отхлебнув напоследок еще кофе, принялась одеваться.
Она уже оделась в предидущем абзаце

- Привет.
- Угу. ыыыыы

Ы. Бвахахаа)))

А Флориан и иронизировать умеет, и когда только научился.
Целых три "и" на одно махонькое предложение.

Девушки, впрочем, ее оправдаем не интересовались, занятые одеванием.
Оправданием/одеванием. Прям стихи.

были очень такими веселыми
Ну, или то, или другое.

- Так вспоминая долго
Чегось?

Я тебя куда-нибудь проведу, а ты вспоминай, ладно?
Хм, Кайли произнесла мысли про "долго или никак" вслух? Или девушка мысли читает?

Кайли не нравилась, но Лира выглядела взволнованной, а еще более взволнованной была сама девушка
Которая девушка? Их там две

что лишняя порция общения с внешним миром
Общения Кайли с внешним миром, надо думать???

2009-11-23 в 01:23 

What time is it? - It's Spacetime!
Что обратное??? Из текста не понятно.
что она как раз сошла с ума...

была там кровь! посмотри последние два предложения -__-
Придумать и придумать повторяется специально?
да. я люблю грамматический параллелизм.
А фотографии не пришлось? Попытка была точно.
она и не пыталась. она морально "не смогла". потому что подумала, что, если отмоет, то забудет, что это действительно было.
Она уже оделась в предидущем абзаце
теперь она надела курточку. я подумаю. что там написать.

Ы. Бвахахаа)))
это опечатка! :weep3: я такого никогда не написала бы!
Хм, Кайли произнесла мысли про "долго или никак" вслух? Или девушка мысли читает?
подразумевалось...
Которая девушка? Их там две
сама - это уточнение на главгероя
что лишняя порция общения с внешним миром
Общения Кайли с внешним миром, надо думать???

порция общения с миром - это само общение с Лирой, как с человеком. у них обоих *Кайли и Флориан* мало желания общаться с этим самым миром

исправлю, спасибо

   

Осколки Зеркала

главная